ОСВОБОЖДЕНИЕ ТИМАШЕВСКОГО РАЙОНА

0
78

Изучая документы военных лет, знакомясь с подвигами участников Великой Отечественной войны, с их мужеством и беспримерным подвигом, в 1998 году я написала научно-исследовательскую работу «Тимашевский район в годы Великой Отечественной войны». Это тысячная доля памяти нашим землякам.
Я благодарна всем, кто помог в написании.

В оккупированных районах края фашисты установили режим насилия и террора, надеясь тем самым сломить волю народа к сопротивлению, но они жестоко просчитались. После очередного налёта советских бомбардировщиков, фашисты старались как можно быстрее восстановить железную дорогу, депо, мосты и шоссе для того, чтобы снова получать подкрепление в живой силе и технике и отправлять в Германию награбленное, ведь фашисты увозили с Кубани даже составы с нашим плодороднейшим чернозёмом. А восстанавливать заставляли жителей ст. Тимашевской. Сгоняли их на площадь напротив пищекомбината, там построили виселицу, во дворе пищекомбината – тюрьму. Выстраивали женщин, стариков, девушек и давали приказ: кому что делать. В заключение показывая на виселицу, говорили: «Не хочешь работать, пойдешь туда!».

Вспоминает Лазарева Надежда Наумовна: «Семнадцатилетней девчонкой была, когда немцы были в станице. Маленькая, худенькая, слабая. Собрали немцы у полиции, выстроили, дали в руки кирки, лопаты и заставили ровнять дорогу на Славянск. А у меня сил нет не только махать киркой, но и держать её. А колея такая глубокая, машина зависает, и колёса не крутятся. Это было в начале февраля 1943 года. Рядом с Надеждой Наумовной работала пожилая женщина. Она просит её: «Дочка, не останавливайся, как-нибудь поднимай кирку, если остановишься, убьют тебя». Так доработали до вечера, а наутро наши пришли».

Ефросиния Николаевна Коврижная вспоминает: «Был в полиции хлопец, который рассказывал станичникам все новости, он не местный. Сказал однажды: «Завтра будут через станицу гнать пленных русских». И, точно, в этот день гнали наших солдат. Бедненькие, измученные, голодные, оборванные. Люди выносили им, что у них было: хлеб, сало, картошку. Сказал, что завтра немцев не будет, их выгонят. И, правда, на завтра немцы тикали из станицы. Наверно, наш хлопец был». Вероятно это был шофёр коменданта Тимашевской Герта – Леонид Гололоб.

Станица Тимашевская – важный стратегический пункт. Это узловая станция, и поэтому немцы старались удерживать её всеми силами. Они построили в станице 189 дотов и дзотов. В ней было много окопов и траншей.

В январе-феврале 1943 года на всём фронте Северного Кавказа развернулись упорные и кровопролитные бои. Враг цеплялся за каждую высоту, дорогу, населённый пункт, переправу, мост. На своём пути фашисты сжигали, минировали, подрывали всё, что можно. Они были жестоки, беспощадны, коварны и изобретательны в своём черном деле. Немцы оставляли после себя дым пожарищ, разрушенные дороги, линии связи, разорённые и разграбленные города, станицы и хутора. И всюду жертвы, горе, слёзы.

Тимашевский район освобождали воинские части 11 Гвардейского стрелкового корпуса под командованием генерал-лейтенанта Хижняка Ивана Лукича. Иван Лукич – ветеран трёх войн, старый большевик. На Кавказе от Орджоникидзе до Таманского полуострова почти тысячу километров прошел он в боевых сражениях плечом к плечу с бойцами. Им необходимо было во что бы то ни стало отрезать Северо-Кавказскую группировку противника.

3-4 февраля 1943 года 19 стрелковая бригада и 131 отдельная курсантская Краснознамённая стрелковая бригада, входившие в 11 гв. стр. корпус, начали развивать наступление от станицы Выселковской через станицу Журавскую, пос. Комсомольский, село Братковское на ст. Новокорсунскую, северную и южную её окраины. Севернее и южнее ст. Новокорсунской немецкое командование подготовило полевые укрепления примерно до середины х. Красноармейского, а на юг, включая х. Пролетарский».

Из воспоминаний ст. сержанта Аленина Ивана Георгиевича: «Когда войска Красной Армии подошли к Новокорсунской со стороны птицефабрики и кирпичного завода, разведка доложила, что немцы согнали жителей станицы, часть оставили на площади в центре станицы, а часть переправили на левый берег реки.

Артиллерийский огонь вести было нельзя, поэтому командование решило вести атаку пехотой. Немецкие войска, оставив полевые укрепления, отступили в направлении ст. Тимашевской.

19 стр. и 131 отд. Курсантская стр. бригады продолжили наступление на север от ст. Новокорсунской, нанеся удар по немецким частям, укрепившимся на южном берегу реки Незайманка, прикрывая хутор Стринский.

Далее эти бригады нанесли удар на х. Красная Нива Брюховецкого района, опрокинув немецкие войска с подготовленных ими укреплений.

Восьмого февраля 1943 года форсировали реку Бейсужек и продолжили продвижение на юго-западном направлении х. Димитрова Тимашевского района, где немецкие войска на участке х. Крупской имели полевые укрепления. Выбив немецкие войска, 19 и 131 стрелковые бригады форсировали р. Кирпили 12 февраля 1943 года и продолжили наступление на х. Гречаная Балка, ст. Хмельницкая.

34 отдельная стрелковая бригада, развивая наступление с запада, прошла, не встречая значительного сопротивления, до ст. Тимашевской севернее ст. Кореновской через ст. Дядьковскую, войдя в неё 11 февраля 1943 года.

Из ст. Тимашевской 34 от. стр. бригада выступила в направлении ст. Калининской.

409 стрелковая дивизия в составе 675, 677, 684 стрелковых полков, освободив г. Кореновск, развила наступление в направлении ст. Медведовской. Разбив немецкие войска на укреплённых позициях западнее х. Большевик своими 675 и 684 стрелковыми полками, форсировав реку Кирпили, вошла в ст. Медведовскую и 9 февраля 1943 года продолжила наступление в направлении ст. Старовеличковской и х. Бойко-Понура.

675 стрелковый полк, не заходя в ст. Тимашевскую, после прорыва обороны немцев в районе хутора Большевик, через х. Ленинский выступил в направлении ст. Старовеличковской.

Это скупые строки из журналов боевых действий, хранящихся в Центральном Архиве Министерства Обороны РФ.

https://antispryt.ru/wp-content/uploads/2019/02/VETERANY-2.jpg

А вот воспоминания бойцов, освобождавших наш район.

Лобань Николай Филиппович: «Вашу ст. Новокорсунскую приходилось освобождать на рассвете в 1943 году. Я тогда служил в отдельной сапёрной роте при 34 особой стрелковой бригаде рядовым сапёром. Приходилось разминировать не только поля, но и некоторые дома частных граждан. Видел расстрелянных в лоб стариков и облитых соляркой или бензином и сгоревших заживо. Освобождали где-то в январе, феврале, не помню какого числа. Командовал нашей ротой старший лейтенант Горелов.

Мы тогда переночевали в станице, а утром пошла наша рота освобождать ст. Тимашевскую. Нашей бригадой командовал полковник Ворожищев, начальник штаба майор Мурзик. Тяжело вспоминать то тяжелое время. У нас за вашу станицу полёг почти полностью 1-й батальон, не говоря о потерях бойцов по бригаде».

Янбиков Александр Архипович: «Брали Новокорсунскую просто на «Ура», ибо у нас очень и очень были ограничены боеприпасы. Зима была холодная, земля мёрзлая. Пятого февраля наша 7-я Гвардейская стрелковая бригада пошла в наступление из хутора, который был от станицы километрах в 7-10. Это расстояние в темноте мы прошли к рассвету 6 февраля. Основной удар был направлен в разрез обороны немцев, которая находилась в зданиях МТС и станиц. Немцы начали бросать ракеты и открыли ураганный огонь из пулемётов, но было поздно вести огонь, так как мы подошли вплотную. Окапываться было невозможно, и мы на «Ура» выбили его из обороны. Короче, им деваться было некуда, как бросать технику и бежать в станицу.

На рассвете 6 февраля ворвались в станицу и начали громить фашистов. Немцев было много, бежали в кальсонах, шарахались из улицы в улицу, но выхода им не было…».

«Вспоминаю из красного кирпича здание МТС, откуда немецкие снайперы стреляли в нас, а мы лежали перед цистернами в неглубокой канаве, где я получил ранение в руку, а рядом с правой стороны товарищ погиб от разрывной пули в лоб, был он с Кубани, фамилию не помню. Мост на Красной улице в то время имел с двух сторон земляную насыпь, а посередине ветхий мостик, с которого упустили в реку 76 мм пушку. С плотины с двумя мостиками обстреливал из пулемёта вдоль реки немец наши войска. Погибшие мои товарищи лежали на льду между плотиной и мостом.

У меня в памяти сохранились имена погибших товарищей: политрук Ершов Иван Павлович из Москвы, Бурцев из Куйбышевской области, Будко с Украины.

10 февраля освободили Новокорсунскую окончательно. Трое суток мы лежали на мёрзлой земле, отбивали атаки противника. Я тоже был ранен в руку и получил обморожение ног второй степени. Жительница ст. Новокорсунской спасла мне ноги. Мазала куриным жиром и остатками немецкого шнапса. Ноги долго гноились, три раза слазила кожа, но всё же до сих пор хожу на своих ногах и ещё воевал с фашистами».

Трещев Даниил Даниилович: «Думаю, что никто из нас – ветеранов, сейчас уже не сможет выделить бой за Новокорсунскую из сотен боёв за другие населённые пункты. Мне лично ваша станица запомнилась именно потому, что в этом бою погиб Саша Быков – мой большой друг, прекрасный, очень честный, принципиальный коммунист.

Немцы отступали стремительно, цепляясь за отдельные выгодные для обороны рубежи. Были случаи, когда наши части не успевали за отступающим противником. Вот и в данном случае первый батальон 131 отдельной курсантской Краснознамённой стрелковой бригады, стремительно преследуя противника, вошёл в Новокорсунскую, которую ещё не покинули фашисты. Сколько их было – не помню, но не менее полка. К тому же боеприпасы им необходимо было расходовать как можно больше, чтобы не бросать по пути отступления, а нам не хватало транспорта, чтобы успевать подвозить их для быстро наступающих наших частей и подразделений. Первый батальон ворвался в станицу без артиллерийской подготовки с одним стрелковым вооружением.

Обнаружив, что наших мало, немцы обрушили на батальон огонь из всех видов оружия и пошли в контратаку. Батальону пришлось временно отойти в сторону хутора Очеретовая балка, но фашисты решили не выпускать батальон, а уничтожить его и стали заходить с флангов, пытаясь окружить. Вот в это время Саша Быков и старший лейтенант Полянок со своими ординарцами залегли в сарае на выходе из станицы и держали под автоматным огнём проход до тех пор, пока батальон полностью вышел из опасной зоны. И тут к месту боя подошёл немецкий бронеавтомобиль и начал обстрел сарая с близкого расстояния из крупнокалиберного пулемёта. Наша группа стала отходить, и Саша был ранен в колено. Идти он уже не мог. Ординарец тащил его на плащ-палатке, но немцы настигали. Видя, что им не уйти, Саша снял полевую сумку, вручил её ординарцу и приказал доставить документы лично начальнику ОО НКВД (ОКР «Смерш») бригады, капитану Бакушеву Борису Михайловичу. Сам же, выложив перед собой автомат и пистолет, остался в кустах на восточной окраине станицы.

Мы в это время находились на западной окраине хутора Очеретовая балка. И тут, на южном берегу балки, в кукурузе начали накапливаться немецкие автоматчики с намерением неожиданно атаковать подразделения бригады, находившиеся в движении. Однако были обнаружены, и следовавшим с нами артдивизионом были рассеяны и бежали в направлении станицы Новокорсунской.

Не задерживаясь, части и подразделения бригады продолжали наступление на станицу. И на следующий день Новокорсунская была освобождена, но Саши Быкова нигде не было ни живого, ни мёртвого».

Боровский Валентин Иванович: «…в феврале 1943 года я служил в 711 артиллерийском полку во взводе разведчиков. Наше отделение разведвзвода было отдано в распоряжение 131 курсантской стрелковой дивизии, которая тоже вела бои за Новокорсунскую. Бои за станицу начались 1 февраля 1943 года. В них участвовали бригады: 131 курсантская, 34 стрелковая, 19 стрелковая и 7 гвардейская стрелковая. Эти бригады поддерживались огнём 711 артиллерийского полка (командир полка Соколовский) и «Катюшами». 7 гвардейская занимала позиции в районе МТС, 131 бригада расположилась в районе кирпичного завода, 19 бригада в хуторе Ленинском (Пролетарском) и 34 левее хутора.

4 февраля на рассвете 131 бригада без передышки вступила в бой с противником, находившимся на подступах к Новокорсунской. Враг, вооружённый до зубов и хорошо приготовившийся к обороне, встретил нас сильным перекрёстным огнём из пулемётов, автоматов и миномётов. Тут вскоре меня ранило, и я попал в санчасть 711 артполка на хуторе Сухенькая Балка (бывший колхоз «Маяк»). Санчасть находилась в доме колхозника Москаленко Ивана Ивановича. Больше в боях за станицу Новокорсунскую я не участвовал, но по свидетельству наших воинов знал, что немцы пропустили вначале нашу разведку вглубь своей обороны и пытались окружить наступавшие наши войска. Этот маневр немцев нами был разгадан, но не сразу. Поэтому часть наших воинов, в том числе и шедших впереди разведчиков, фашисты успели окружить и уничтожить. Успевшие вовремя отступить, подразделения нашей бригады залегли в районе кирпичного завода с тем, чтобы с новыми силами рвануться в бой и взять станицу. Но немцам пришло подкрепление, и враг держался в станице до 12 февраля 1943 года. С 11 на 12 февраля наши войска сломили оборону противника и освободили станицу. Враг поспешно бросал оружие, обозы, отступал, боясь окружения».

Крюков Александр Власович: «После освобождения города Кропоткина, боевой путь 7 гвардейской стрелковой бригады пролегал через станицы Ловлинскую, Ново-Владимирскую, Ново-Малороссийскую, Выселки, Журавскую и группу хуторов. Наша бригада преследовала отступающего противника, стараясь как можно больше нанести ему урона.

Трудное это было время. На Кубани «свирепствовала» предвесенняя распутица. Дорог хороших не было. Растаявшая земля сковывала наши действия. Приходилось всё тащить на себе: оружие, боеприпасы, немудрёный солдатский скарб и военное имущество.

Поздним вечером 9 февраля 1943 года голодные, промокшие и уставшие мы разместились на ночлег в небольшом хуторке, недалеко от станции Новокорсунской. В то время я был гвардии сержантом, командиром отделения связи 2 батальона.

Часа в четыре утра мы были подняты по тревоге и форсированным маршем (насколько позволяла нам чуть подмороженная раскисшая почва) двинулись на ст. Новокорсунскую. Перед выходом нам сообщили, что станица уже была освобождена нашими войсками, были захвачены трофеи, но измотанные непрерывными боями и походами, наши воины не могли её удержать и вынуждены были отойти перед натиском численно превосходящего противника. Остатки наших подразделений всё ещё упорно сопротивлялись врагу на восточной окраине станицы в районе усадьбы МТС (машинно-тракторной станции).

Перед рассветом, при мерцающем свете ракет и нечастой пулемётной стрельбе со стороны немцев, мы сменили поредевшие подразделения державших оборону бойцов и заняли их позицию. Это были траншеи, вырытые почти в человеческий рост на окраине усадьбы МТС. Позиция нашего батальона проходила рядом с группой цистерн, в которых хранилось горючее. Теперь они были изрешечены пулями и осколками. На дне траншеи, выше щиколотки, была жидкая грязь, в которой в нескольких местах валялись трупы немцев.

Когда рассвело, немцы открыли по нашему расположению сильный миномётный и пулемётный огонь, продолжавшийся несколько минут, после чего с криками и автоматной стрельбой пошли в атаку на нас немецкие солдаты.

Артиллерии и миномётов у нас не было, зато были винтовки, автоматы и гранаты, а главное – была у нас жгучая ненависть к захватчикам. Завязался бой. Наступающих мы встречали плотным ружейно-автоматным огнём и гранатами по всему фронту нашей обороны.

Мне особенно запомнился такой эпизод. Справа от нас, метрах в 200 был небольшой курган. На него со стороны мельницы выскочила группа орущих и стрекочущих из автоматов немецких солдат, во главе с офицерами, человек 25-30. Офицер что-то кричал своим солдатам и показывал пистолетом в нашу сторону. Все они ринулись на нашу позицию. Находящийся рядом со мной старшина Иван Доля из ручного пулемёта открыл по атакующим прицельный огонь. «Гвардейцев не возьмёте, гады!», – кричал он и неистово поливал немцев свинцом из пулемёта. Все мы вели бесперебойный огонь по орущим фашистам. Многие целились в офицера, который рухнул на склоне кургана».

Коротка жизнь человека, но дела его и его подвиг бессмертны.

Земля Тимашевского района впитала кровь отважных сынов нашей Родины. Их боевой подвиг был важным звеном в деле Победы над врагом, которая ковалась всем советским народом. Тимашевская земля пропитана потом тружеников тыла, вдовьими слезами и слезами сирот.

Чествуя победителей, мы низко склоняем голову перед светлой памятью тех, кто отдал свои жизни за свободу и независимость нашей Отчизны.

  • +1
  • -0
  • 1 рейтинг
1 рейтингX
Понравилась статья!Не понравилась статья!
100%0%


Автор Т.С. ЧУМАКОВА, Заслуженный работник культуры Кубани.

Нашли ошибку? Выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: