ВСЕМ СПАСИБО, ВСЕ СВОБОДНЫ?..

0
830

ИЗ ЗАЛА СУДА

Состоялось очередное заседание суда по уголовному делу в отношении бывшего руководителя Тимашевского отделения судебно-медицинской экспертизы Т.Т. Корхмазова.

Этот процесс, начавшийся еще в марте, уже дошел до момента опроса свидетелей, которые, похоже, не горят желанием в нем участвовать. Прошлое заседание пришлось даже отложить из-за того, что извещенные должным образом свидетели в суд просто не явились. Речь даже зашла об их принудительном приводе при помощи судебных приставов. А на нынешнем заседании единственная опрошенная довольно-таки молодая свидетельница, неоднократно ссылающаяся на свою плохую память, с трудом отвечала на конкретные вопросы государственного обвинителя и защиты. Дошло до того, что прокурору, как и в прошлый раз, пришлось прямо зачитывать очередному свидетелю его личные показания, данные и собственноручно подписанные ею во время следствия.
Так или иначе, это громкое для Тимашевска дело идет своим чередом. Намечены даты очередных заседаний, о чем мы постараемся известить своих читателей.

А. ЛАГУТИН.

ВОЗВРАЩАЕМСЯ К НАПЕЧАТАННОМУ

Наверное, будет уместным сказать, что нынешний судебный процесс по уголовному делу бывшего руководителя Тимашевского отделения краевого ГБУЗ судебно-медицинской экспертизы (СМЭ), о чем мы
регулярно сообщаем – всего лишь одно из последствий, мягко говоря, непорядка, царившего прежде в местной «сфере» обращения с покойниками, их скорбящими родными и близкими.

Живой народ, впрочем, не безмолвствовал, пробовал жаловаться по инстанциям на неофициальные порядки, царящие в нашем районном морге, в котором и располагается Тимашевское отделение краевого ГБУЗ СМЭ. Но все впустую. Может быть, оттого, что районное здравоохранение некоторое время возглавлял сын нынешнего подсудимого Тамаза Корхмазова. Он, правда, напрямую не подчинялся своему сыну. Но так как почти все работники морга по совместительству работали и в СМЭ, то неформальная связь этих двух учреждений была очевидна.

Так или иначе, эта двусмысленная двоякость длилась почти два года. И только после того, как в Тимашевске нашелся упертый в хорошем смысле гражданин С.Ф. Шиловский, угробивший массу своих нервов и сил на борьбу, прямо скажем, с бардаком в морге, младший Корхмазов в конце 2018-го предпочел уйти в добровольную отставку с должности главврача нашей ЦРБ.

Повторяю, этому предшествовал первый публичный скандал, когда в марте 2017 года санитар морга Рустам И. обманным путем «выкрутил» дополнительно у С.Ф. Шиловского несколько тысяч рублей при получении тела умершей его, Шиловского, престарелой матери.

РАДУЙСЯ , ЧТО САМ ДУБА НЕ ДАЛ

Когда же Сергей Федорович, тяжело переживший смерть и похоронные хлопоты для самого дорого человека, выяснил, что его при этом «кинули», он, мягко говоря, разозлился и пошел к тому санитару выяснять отношения. А тот в ответ просто послал искавшего правды и справедливости человека куда подальше. Хорошо еще, что Шиловский сумел незаметно записать на диктофон их разговор. И правильно сделал, потому что именно эта запись впоследствии стала чуть ли не главным доказательством в деле о мошенничестве.

Нужно заметить, что оскорбленный мужчина вдоволь натерпелся, пока на обидчика, наконец, в полиции не завели дело. Это еще мягко сказано. Кончилось тем, что Шиловский после перенесенных волнений и нервотрепок загремел в больничную палату с тяжелым приступом ишемии. Еще бы! Тут даже здоровому, простите за каламбур, не поздоровится, если его будут регулярно вызывать в правоохранительные органы и суд для всяких следственных действий и заседаний. В общем, натерпелся мужик. Хорошо еще, что обследовавшие его краснодарские кардиологи срочно госпитализировали Шиловского. И после быстрой подготовки провели операцию на открытом сердце с шунтированием главных кровеносных сосудов.

Словом, выбрался Сергей Федорович из всех операционных, реанимаций и палат интенсивной терапии только месяца через два. И когда наконец-таки, спустя аж два года, над Рустамом И. состоялся суд, закончившийся для него 50-тысячным штрафом в доход государству, Шиловский счел необходимым тоже выставить санитару свой счет в виде взыскания компенсации морального вреда. Однако уголовный суд этот иск оставил без рассмотрения, объяснив потерпевшему, что он может подать такой иск, так сказать, отдельно, но уже в порядке гражданского, а не уголовного судопроизводства. Мол, мухи отдельно, а котлеты отдельно. Так, кстати, довольно часто бывало, и до сих пор бывает в сходных ситуациях.

Казалось бы, Фемида весьма прозрачно намекнула Шиловскому: мол, отвянь, дорогой. Обидчика твоего как бы наказали, чего тебе еще нужно? Денег хочешь за оскорбления, за нервотрепку, за унижение, за то, что чуть было дуба не дал? Ну, попробуй.

Полагаю, как-то так было.

И Шиловский попробовал. В том же Тимашевском районном суде. В итоге ничего не вышло.

Правда, этот суд в своих документах все же отметил одну интересную деталь. Краевая инстанция, куда Шиловский обратился с апелляцией на первый «вердикт» тимашевского суда, рассматривавшего дело санитара и отказавшего в иске потерпевшему на компенсацию морального вреда, все же сделала важную, можно сказать, принципиальную поправку. Так, из результативной части постановления суда первой инстанции, краснодарские арбитры наделенной им властью исключили (здесь и далее выделено редакцией) указание об оставлении без рассмотрения гражданского иска С.Ф. Шиловского к санитару Рустаму И. – о компенсации морального вреда. При этом краевые судьи ссылались на статью 151 Гражданского кодекса РФ. Там сказано, что «…если гражданину (в данном случае Шиловскому – ред.) причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда».

Так, значит, может? А может и «не может». Давайте рассуждать вместе.

ЕМУ НЕ БОЛЬНО?

Спрашивается, моральный и физический вред Шиловскому нанесен? По моему мнению, нанесен, что подтверждено разными медицинскими справками и диагнозами. Или страх скоропостижно умереть, став «пациентом» своих же обидчиков, уже не в счет, и не считаются нравственными страданиями? А то, что человека в последствии располосовали скальпелями и медицинскими «болгарками» чуть ли не надвое, и поменяли ему сердечные «шланги». Это не больно? Не физические страдания? Или принадлежащее от рождения право на спокойную жизнь не является нематериальным благом для каждого гражданина?

По-моему, все очевидно.

Тем не менее, Тимашевский суд даже после этого спокойно отказывает едва оклемавшемуся после всех потрясений Шиловскому в удовлетворении иска на денежную компенсацию от обидчика за перенесенные страдания. Ведь «выкрученные» обманом деньги санитар вернул еще в процессе следствия по его уголовному делу, чтобы максимально смягчить свое наказание. И уголовное дело уже прекращено. А, значит, всякие там душевные муки, моральный вред, нравственные переживания в связи со смертью родственника и прочая нематериальная мура, которую нельзя пощупать, послюнявить и пересчитать, – не в счет. В общем, всем спасибо, все свободны?..

Самое интересное, что спустя два с половиной года в стенах этого же районного суда Тимашевска, где в новом заседании принимал участие все тот же С.Ф. Шиловский, в решении звучали совсем другие, почти неказенные слова о том, что, дескать, «…Моральный вред (нравственные и физические страдания) не имеет стоимостного эквивалента. Компенсация морального вреда предназначена для сглаживания негативного воздействия на психику потерпевшего, вызвавшего перенесенные страдания». Во как!

И что? «…Как установлено, в связи с совершенным в отношении Шиловского С.Ф. преступлением, он был госпитализирован и находился на стационарном лечении, а из-за необходимости участия в следственных действиях и судебных заседаниях по уголовному делу испытывал моральное и психическое расстройство».

Надеюсь, что судья при этом имела в виду расстройство не в медицинском смысле, а в обыденном? Ну, когда человек расстраивается – сильно печалится, переживает и даже опасно болеет по какому-то скверному поводу. Так это было яснее ясного еще три года назад из больничных выписок и справок!

ОБЖАЛОВАНИЮ НЕ ПОДЛЕЖИТ!

Увы, но для того, чтобы доказать очевидные вещи и выиграть дело, Сергею Федоровичу пришлось пройти все, скажем так, круги нашей судебной системы и дойти аж до Конституционного Суда России. Он-то в конце октября 2021 года и вынес наконец решение в пользу Шиловского.

Так получилось, что для защиты его прав и защиты таких же горемык, ищущих правды по сходному поводу на всей необъятной территории нашей страны, в Петербург, на очередное заседание Конституционного Суда прибыли и выступили в нем Полномочный Представитель Правительства РФ в КС М.Ю. Барщевский, представитель Министерства юстиции РФ, представитель Генеральной прокуратуры РФ. Там же присутствовали Полномочный Представитель Президента РФ в Конституционном Суде и Представитель Совета Федерации, представитель Минюста. В общем, с одиннадцатью высшими судьями под председательством корифея отечественной юриспруденции В.Д. Зорькина – полный ареопаг. С таким не поспоришь, не ослушаешься. Потому что данный орган высшей судебной власти повелел «…Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после провозглашения, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами».

Кстати, фамилия тимашевца Шиловского даже в новом издании Гражданского Кодекса РФ по состоянию на 1 октября 2022 года под пресловутой 151 статьей пропечатана в качестве примера. Но это так, к слову. Потому что, похоже, ни Конституционный Суд, ни последующее прошлогоднее решение Тимашевского районного суда, решившего взыскать с санитара морга 250 тысяч, плюс судебные издержки в пользу Шиловскому, этой самой пользы пока так и не принесли.

ПРИСТАВЫ «ВОЗБУДИЛИСЬ», НО КАК-ТО ВЯЛО

Так, спустя два месяца после суда в июне прошлого года наши судебные приставы возбуждают исполнительное производство по взысканию указанной выше суммы с виновного санитара морга. Ну, и что? Да ничего. Время идет, дело стоит, деньги Шиловскому не поступают. Почему? Да потому, что якобы никак не могут оценить арестованную в связи с этим автомашину виновника. Хотя по закону, квалифицированный оценщик должен это сделать максимум за десять дней с момента привлечения его к процессу судопроизводства.

Проходит месяц, другой, третий – тишина… Шиловский напоминает время от времени о своем деле. По барабану! И когда терпение лопнуло, он весной уже нынешнего года обращается с жалобой на бездействие приставов в нашу прокуратуру. Та проверила: действительно, есть нарушения закона. Об этом она извещает Шиловского, сообщая заодно, что выслала свое представление по данному поводу руководителю ГУ ФССП по Краснодарскому краю.

И что? Да ничего: время по-прежнему идет, денег нет.

Теперь уже сам Шиловский жалуется начальнику местных приставов: как так? Опять – глухо!

Шиловский вновь, уже минувшим летом, жалуется в нашу прокуратуру. А она лишь разводит руками: да, факт волокиты налицо. И вновь из Тимашевска летит в Краснодар наше прокурорское а-яй-яй главному приставу всея Кубани.

Короче говоря, скоро исполнится полтора года, как вступило в законную силу судебное решение о выплате денежной компенсации Шиловскому. Но денег он даже после неоднократных жалоб и обращений в разные инстанции так и не увидел. И, наверное, еще долго не увидит, судя по недавней казенной бумаге из конторы тимашевских судебных приставов, датированной 23 августа нынешнего года.

ФОРМЕННОЕ ИЗДЕВАТЕЛЬСТВО

Пусть на меня господа приставы не обижаются за слово «контора». Но именно из казенной конторы в самом негативном ее смысле настрадавшемуся, натерпевшемуся от крючкотворства человеку может прийти такой, с позволения сказать, документ. Да это, считаю, форменное издевательство, а не документ. Взгляните сами на фрагмент той небрежной, затрапезной копии (постановления). Разве может что-нибудь разобрать в отрывочном, как будто специально микроскопически напечатанном тексте даже нормальный, молодой человек, а не пожилой гражданин с неважным уже зрением?

Чтобы хоть как-то вникнуть в суть данного чиновничьего послания, нам пришлось максимально увеличить его на экране компьютера.

Итак, если мы ничего из-за бракованного текста не напутали, она такова. Принадлежащий должнику (то есть тому самому санитару из морга) автомобиль 2008 года выпуска с пробегом 339 тысяч км оценен в 340 тысяч рублей. И, судя по всему, после выполнения положенных по закону формальностей подлежит принудительной реализации. То есть, по-русски говоря, продаже, чтобы выплатить из вырученных денег положенную судом Шиловскому сумму.

При этом остается только гадать, когда же это случится.

Но, однако, всё. Подпись. Печать. Кстати, печать замечательная: жирная, синяя, легко, в отличие от самой бумаги, читаемая.

Вместо послесловия

На Кубани с незапамятных времен среди простого люда бытует одно хлесткое выражение на балачке, когда хотят как-нибудь отделаться от ужасно надоедливого и слишком «грамотного» человека. Типа «…Отож тада сиды, та не гавкай!..».
Но это так, к слову…

Конституция Российской Федерации. Статья 49

1. Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном Федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

  • +8
  • -0
  • 8 рейтинг
8 рейтингX
Понравилась статья!Не понравилась статья!
100%0%

Автор Александр МИРОНЧУК,
эксперт регионального отделения Народного Фронта в Краснодарском крае, депутат МО Тимашевский район, заместитель главного редактора газеты «Антиспрут».

 

Нашли ошибку? Выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: